Комментарий "Гражданина" по решению суда
Действия суда кассационной инстанции
Комментарий "Гражданина" по решению суда
Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право может быть защищено путем признания права судом. Поскольку суды и граждане не могут возбуждать уголовные дела и поскольку уголовные дела часто не возбуждаются по заявлениям граждан соответствующими правоохранительными органами, а так же верные своим принципам проверять все на себе, мы решили проверить действенность нормы статьи 12 на своих близких. К несчастью, и случай подвернулся. Одна из коммерческих фирм подала два однотипных заявления в милицию о том, что, якобы, она понесла материальный ущерб из-за действий неких лиц, подключившимися к интернет под ее логином и паролем. Милиция возбудила два уголовных дела. По мнению фирмы ущерб по каждому подключению составил около 400 рублей. В соответствии с ордером на обыск трое сотрудников милиции (двое из трех не имели право производить обыск) из 2-х частных квартир, на которые, якобы, показала местная телефонная монополия, забрали системные блоки у 2-х компьютеров. В результате было изъято имущество на сумму порядка 150 тысяч рублей, в том числе не имеющее совершенно никакого отношения к делу, например, телевизионная плата, факс-модем, звуковые платы, CD-ROM и т.п. Была изъята библиотека из более чем 100 тысяч файлов, личная переписка. Последняя может изыматься только по решению суда (в данном деле изъятие было совершено с санкции прокурора по подозрению, что в квартирах находятся компьютеры).
Ниже мы приводим жалобу в суд по защите некоторых гражданских прав, которые были нарушены в ходе следственных действий.
В Кировский суд города Ярославля
Жалоба на нарушение прав и свобод.
Около 19-30 26 декабря 2001 года на квартиру моей жены
по адресу ............ пришел сотрудник милиции (имярек). Он представился как сотрудник Управления-Р УВД. Он предъявил постановление на производство обыска. Вместе с
сотрудником милиции (имярек) в квартиру, несмотря на возражения жены и, позже, мои, зашли еще два человека. Они представили удостоверения на имя
сотрудник милиции (имярек) и сотрудник
милиции (имярек). Несмотря на мои требования предъявить документы удостоверяющие их право находится в моей квартире они отказались это сделать. Несмотря на мои требования, они отказались также выйти из квартиры, распоряжались в ней против моей воли и воли моей жены (открывали двери, ходили по квартире разговаривали на темы, не имеющие отношения к делу, с членами моей семьи). Следственные действия производил только г..... Г......... против моей воли, которая занесена в протокол обыска, под угрозой применения физической силы вынес из квартиры моей жены системный блок, принадлежащий мне, несмотря на то, что я предложил провести необходимые следственные действия прямо в доме моей жены. Состав оборудования, входящего в системный блок компьютера, несмотря на мои возражения и возражения моей жены, не был описан надлежащим образом. В частности не был указан тип центрального процессора, материнской платы, звуковой платы, видеоплаты, телевизионной платы, факс-модема, устройства постоянной памяти (винчестера) и оперативной памяти,
флопи. Считаю, что способ опечатки системного блока не может обеспечить его сохранности или несанкционированного доступа. Позднее, около 21-00, представители милиции в том же составе с теми же нарушениями вынесли из принадлежащей мне квартиры по адресу
........ системный блок другого компьютера. Как и в первом случае, я предлагал произвести следственные действия у меня дома на что получил отказ.
Сообщаю также, что в ходе предварительных следственных действий
сотрудник милиции (имярек) собирал без моего ведома и разрешения информацию о моей частной жизни, не имеющей ни какого отношения к делу.
Прошу признать действия сотрудников милиции
(имярек), (имярек), (имярек) не соответствующими закону, совершенными с превышением полномочий и нарушающими мои права.
В ходе предварительного расследования нарушалось мое право на неприкосновенность частной жизни, установленное статьями 23 и 24 Конституции Российской Федерации.
В ходе обыска было нарушено мое право на неприкосновенность жилища установленное статьей 25 Конституции Российской Федерации.
Сотрудник милиции (имярек), несмотря на мои неоднократные требования не делать этого, приставал с разговорами
не имеющими отношения к делу к моей дочери. Все это нарушает мое достоинство и достоинство членов моей семьи, охраняемое статьей 21 Конституции Российской Федерации.
Считаю, что все действия сотрудников внутренних дел вызваны желанием неизвестных мне лиц прекратить общественную деятельность и деятельность по защите моих прав через органы прокуратуры и суда. Считаю, что действия сотрудников УВД прямо связаны с декабрьским решением прокурора области об отмене постановления прокурора Кировского района г.Ярославля об отказе в возбуждении уголовного дела (я просил возбудить уголовное дело против высших руководителей администрации президента Российской Федерации в связи с нарушением моих прав по признакам преступлений предусмотренных статьями 136 и 140 УК Российской Федерации) и моими многочисленными обращениями в судебные органы и органы прокуратуры по вопросам волокиты моих гражданских дел в Кировском суде Ярославля и Басманном суде Москвы (решение в Москве не выносится уже более года, а решение Кировского суда нарушает мое право на судебную защиту. Оба судебных дела связаны с незаконными действиями высших должностных лиц администрации президента Российской Федерации). В качестве общественного деятеля я веду активную правозащитную деятельность как председатель общественного объединения «Гражданин» и волонтер Ярославского областного правозащитного Центра. Я участвовал в форуме правозащитных организаций России, который состоялся в январе 2001 года в Москве и был одним из ведущих областного форума правозащитных организаций, который состоялся 15-16 декабря 2001 года в Ярославле. Таким образом, нарушается мое право на власть и свободу слова, установленные статьями 3 и 29 Конституции Российской Федерации.
Считаю также, что своими действиями сотрудники милиции нанесли мне материальный вред несоответствующий ни обстоятельствам дела, ни моим добровольным желаниям помочь следствию. В результате насильственного изъятия системных блоков компьютеров на неопределенный строк я лишился возможности выполнять свою общественную деятельность (я поддерживаю сайт «Гражданин» в интернет). Я лишился возможности также использовать личные компьютеры для служебных целей, что может привести к потере моего заработка, мои дети лишились инструмента, с помощью которого они проходили обучение в высших учебных заведениях. Кроме того, в памяти системных блоков находятся мои личные сведения, адреса моих друзей и знакомых, а также личная переписка моя, моего сына и моей дочери. При этом тайна этой информации, не имеющей никакого отношения к делу, не может быть гарантирована. Таким образом, было нарушено мое право частной собственности гарантированной статьей 35 Конституции Российской Федерации. Прошу суд обязать ответчиков вернуть мне мою собственность, проведение следственных действий на дому - гарантирую.
Примечание: текст заявления приведен с
некоторыми купюрами
10 января 2002 года состоялось заседание Кировского суда (судья М.Л.Кривогузов)
Интересы ответчиков представлял прокурор Кировского района (так в решении суда написано) М.Ю.Кутузов .
Процесс начался с объявления его закрытым, якобы, в связи с тем, что будут оглашаться материалы следствия. Пресса и даже родственники заявителя были не допущены в зал суда. В самом начале процесса судья заявил, что он ничего не понял в заявлении. Как оказалось, он и хотел понять, рассмотрение заявления и выяснение обстоятельств дела было ограничено 10 минутами, больше судья не намерен был потратить. Еще полтора часа понадобилось судье чтобы вынести решение об отказе в признании гражданских прав заявителя и в возврата компьютеров на основании статьи 220.2 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР (на самом деле процесс должен был быть гражданским, это установлено Конституцией России и подтверждено постановлением Конституционного Суда России от 23 марта 1999 года, ко всему прочему статья 220.2 УПК устанавливает порядок решения вопроса содержания под стражей и, соответственно, вообще не имеет отношения к изъятию компьютера).
Никаких следственных действий с участием собственников компьютеров с момента возбуждения уголовных дел (с 20 декабря 2001 года) по время последнего обновления сайта не совершалось.
19 февраля 2002 года состоялось заседание по такому же делу в Ленинском районном суде. Решение суда было точно таким же как и в первом случае. Отказ был вновь мотивирован ссылкой на статью 220.2 УПК РСФСР. При этом некоторые жалобы рассмотрены просто не были (например, о конфискационном характере изъятия имущества). Постановление суда изобилует жаргонными, а не юридическими понятиями, причем такими, которые при правильном их юридическом применении могли трактоваться в пользу заявителя. Еще более странно, что неюридическая аргументация судьи Ленинского суда в точности воспроизводит аргументацию Прокуратуры Кировского района. Суд проигнорировал (не стал рассматривать) доводы жалобы на нарушение права на тайну переписки. В соответствии с законом переписка гражданина может быть изъята только по решению суда. В данном случае переписка была изъята по решению прокурора.
Действия суда кассационной инстанции
17 января 2002 года в областной суд были обжалованы следующие моменты постановления суда первой инстанции:
- немотивированный отказ суда рассматривать вопрос о признании прав гражданина;
- немотивированный отказ в рассмотрении вопроса о соответствии постановления о производстве обыска статье 171 УПК в части отсутствия в указания на точный предмет поиска и причинах обыска;
- немотивированный отказ рассматривать вопрос об исполнении при производстве обыска положений статьи 176 УПК в части точного указания в протоколе выемки на предмет выемки;
- отказ в рассмотрении вопроса о возврате изъятого якобы для экспертизы имущества на основании статьи 220.2 УПК (статья применяется при решении вопроса о продлении содержания под стражей человека).
20 марта истец обратился в суд в связи с длительным отсутствием информации о движении дела. Однако, как выяснилось, суд уже состоялся 5 февраля. На суд забыли пригласить истца, но это не помешало принять решение. Суд второй инстанции проигнорировал три первых вопроса жалобы, по четвертому вопросу сделал вывод, что суд первой инстанции применил статью 220.2 по аналогии.
Комментарий "Гражданина" по решению суда
26 апреля 2002 года домой к заявителю позвонил следователь и сообщил, что компьютер можно забрать. На вопрос по какой процедуре будет проходить это и доставят ли компьютер на казенной машине на дом, было заявлено, что процедуры возврата не существует и забирать компьютер надо самому за свой счет и в свое рабочее время. При этом, если компьютер окажется неисправным, если там заменены блоки, то все расходы лягут на заявителя, поскольку доказать, что неисправность произошла по вине следствия или следствием были внесены изменения в состав компьютерного оборудования или информации, записанной на устройстве постоянной памяти компьютера, - не удастся. Не удастся также восстановить сроки гарантии.
5 мая 2002 года компьютер за свой счет (в рабочее время и на оплаченном транспорте) компьютер был забран из милиции. Системный блок не был опечатан. На корпусе системного блока появилось множество царапин. Никакой проверки работоспособности оборудования и целостности файлов не проводилось, ввиду отсутствия технической и юридической возможности.
Проверка компьютера дома показала, что проверяющие работали на нем, по крайней мере, несколько дней в течение января, февраля и марта 2002 года. При этом была проверена файлы личной почты и файлы с личными адресами (проверяющие даже не пытались это скрыть и названные выше действия легко были обнаружены стандартными средствами поиска).
Второй компьютер был возвращен через 6 месяцев точно таким же способом, что и первый. Как и в первом случае проверке подверглась личная почта и записные книжки компьютера.
10 апреля решение суда кассационной инстанции было обжаловано в надзорном порядке в Верховный Суд Российской Федерации.
В конце июля пришел ответ из суда надзорной инстанции. Верховный Суд не стал сам рассматривать дело, а отправил его в областной суд. Областной суд без мотивации ответил, решение кассационной инстанции правильно, заявителю, якобы, приглашение на суд направлялось "о чем имеется отметка почты на бланке суда" (факт не доставки повестки и отсутствия отметки о принятии повестки заявителем суд не заинтересовал). Вопрос о неправомерности применения уголовно-процессуального кодекса по аналогии был оставлен без ответа.
Следует заметить, что в силу того, что заявители у которых была изъята компьютерная техника были только свидетелями, по закону они не имеют право получить доступ к материалам уголовного дела. Следовательно они не могут доказать возможную фальсификацию дела.
Получается, что на основании действующего закона и доноса у гражданина дома можно провести обыск при этом количество и статус лиц, которые присутствуют в квартире во время обыска могут быть любыми и эти люди могут свободно без присутствия хозяев квартиры или иных свидетелей находится неопределенно долгое время в любом помещении квартиры.
Получается также, что на основании закона у гражданина на неопределенно долгое время можно изъять его имущество без компенсации и гарантии возврата в исходном состоянии.
Такой прием можно применить к любому лицу в квартиру которого проведена линии связи коммуникационной сети общего пользования.
Получается также, что плохая работа почты (?) является основанием, чтобы рассматривать дело в суде без заявителя.
|
|